ПОЛЕЗНО ЗНАТЬ
 
ТЕПЕРЬ МЫ В КОНТАКТЕ
 

Даосские притчи

Даосская мудрость

Кто храбр, не зная человеколюбия, кто щедр, не зная бережливости, кто идет вперед, не зная смирения, тот погибнет.

Страсть царя

даосская притча

Некогда царь Чжао Прекрасный пристрастился к фехтованию. Фехтовальщики осаждали его ворота, и гостили у него по три тысячи человек и более. Днём и ночью перед дворцом происходили поединки. За год убивали и ранили больше сотни удальцов. Страсть же царя оставалась ненасытной.

Прошло три года. Царство Чжао стало приходить в упадок, другие цари начали строить против него козни. Сокрушаясь об этом, наследник Печальный собрал всех придворных, чьи места справа и слева, и спросил:

— Кто бы взялся отвратить царя от его страсти и положить конец поединкам фехтовальщиков? Тому я дал бы в награду тысячу золотом.

— Это под силу только Чжуан-цзы, — ответили справа и слева.

Наследник отправил посланцев к Чжуан-цзы, чтобы поднести ему тысячу золотом. Чжуан-цзы золота не принял, но отправился вместе с посланцами и, представ перед наследником, спросил:

— Что повелит мне наследник, награждая меня, Чжоу, тысячей золотом?

— Прослышав о вашей проницательности и мудрости, учитель, — ответил наследник, — я почтительно поднёс тысячу золотом на дары вашей свите. Но разве осмелюсь я заговорить, если вы, учитель, дар отклонили!

— Я слышал, — сказал Чжуан-цзы, — что вы, наследник, хотите с моей помощью отвратить царя от его страсти. Предположим, что я, ваш слуга, отговаривая высшего, государя, стану ему перечить, и для низшего, для вас, наследник, не сумею уладить дело. Меня покарают смертью. К чему тогда мне, Чжоу, золото? Предположим, что я, ваш слуга, уговорю высшего, великого государя, улажу дело низшего, ваше, наследник. Ведь тогда я получу всё, что бы ни пожелал в царстве Чжао!

— Верно! — молвил наследник. — Но наш государь допускает к себе только фехтовальщиков.

— Прекрасно, — ответил Чжуан-цзы. — Я отлично фехтую.

— Верно, — сказал наследник, — но у всех фехтовальщиков, которых принимает наш государь, волосы всклокочены, борода торчит вперёд, шлемы с грубыми кистями надвинуты на глаза, платье сзади короче, чем спереди. У них сердитый вид, а речь косноязычна. Такие-то царю и нравятся. Если же ныне вы, учитель предстанете перед государем в платье мыслителя, дело примет плохой оборот.

— Дозвольте мне приготовить себе костюм фехтовальщика, — попросил Чжуан-цзы.

Через три дня Чжуан-цзы в костюме фехтовальщика встретился с наследником и вместе с ним предстал перед царём. Царь ожидал их, обнажив клинок. Не спеша, Чжуан-цзы вошёл в зал, а глянув на царя, не поклонился.

— Если желаешь чему-нибудь меня обучить, — сказал государь, — покажи сначала своё уменье наследнику.

— Я, ваш слуга, слыхал, что великому государю нравится фехтование, поэтому и предстал перед государем как фехтовальщик.

— Как ты управляешься с мечом? — спросил государь.

— Через каждые десять шагов меч в руке вашего слуги разит одного человека, на тысяче ли не оставляет в живых ни одного путника.

— В Поднебесной тебе нет соперника! — воскликнул обрадованный царь.

— Хорошо бы с кем-нибудь помериться силами. Фехтуя, я, сделав ложный выпад, даю противнику как будто преимущество. Но, нанося удар позже него, опережаю его в попадании.

— Вы, учитель, пока отдохните! Ожидайте приказа в своих покоях. Я же велю устроить забаву и приглашу вас, учитель, — сказал царь.

Тут государь устроил состязание меченосцев, и за семь дней убитых и раненых оказалось более шестидесяти человек. Отобрав пять-шесть победителей, царь велел вручить им мечи возле дворца, а сам призвал Чжуан-цзы и объявил:

— Сегодня испытаем, кто из мужей искуснее всех в фехтовании!

— Давно жду этого дня, — ответил Чжуан-цзы.

— Какова длина оружия, которым вы, учитель, будете сражаться? — спросил царь.

— Могу сражаться любым, которое вручат мне, вашему слуге, — ответил Чжуан-цзы. — Но у меня, вашего слуги, есть три меча. Буду драться любым, только по выбору государя. Прежде чем испробовать, дозвольте о них рассказать.

— Готов выслушать речь о трёх мечах, — согласился царь.

И Чжуан-цзы повёл свой рассказ:

— Первый меч — меч Сына Неба, второй — меч царский, третий — меч удальца.

— Каков же меч Сына Неба? — спросил его царь.

— У меча Сына Неба лезвие от Ласточкиного Потока до Каменной стены, остриё — пик горы Преемства в царстве Ци, тупая сторона — от Цзинь до Вэй, чашка эфеса — Чжоу и Сун, рукоять — Хань и Вэй, в ножны вмещаются все варвары, все времена года; в перевязи — море Бохай, в портупее — гора Вечности. С его помощью обуздывают пять первоэлементов, определяют преступления и достоинства, отделяют жар от холода, удерживают весну и лето, вершат дела осенью и зимой. Рубанёшь этим мечом прямо — никто перед тобой не устоит, взмахнёшь вверх — никто вверху не удержится, вниз — никого внизу не останется, поведёшь кругом — никого по сторонам не окажется. Вверху — рассечёт плывущие облака, внизу перережет земные веси. Только пустишь меч в ход — наведёшь порядок среди царей, и вся Поднебесная покорится. Таков меч Сына Неба!

— Каков же царский меч? — как в тумане, растерянно спросил царь Прекрасный.

— Лезвием царского меча служат мужи знающие и отважные; остриём — мужи бескорыстные и честные; тупой стороной — мужи достойные и добрые, чашкой эфеса — мужи преданные и мудрые; рукоятью — мужи отваги и доблести. Рубанёшь этим мечом прямо — никто перед тобой не устоит, взмахнёшь вверх — никто вверху не удержится, вниз — никого внизу не останется, поведёшь кругом — никого по сторонам не окажется. Наверху он уподобляется круглому Небу, чтобы послушны были все три рода светил, внизу уподобляется квадратной земле, чтобы послушны были времена года; в центре согласуется с желаниями народа, чтобы был покой во всех четырёх сторонах. Только пустишь меч в ход — поразит, словно удар грома, и каждый во всех четырёх границах явится в одежде гостя, чтобы повиноваться указам государя. Таков царский меч!

— Каков же меч удальца? — спросил царь.

— Меч удальца для всех, у кого волосы всклокочены, борода торчит вперёд, шлемы с грубыми кистями надвинуты на глаза, платье сзади короче, чем спереди; у кого сердитый вид, а речь косноязычна; кто вступает перед вами в поединки, сверху — перерезает горло, перерубает шею; снизу рассекает печень и легкие. Таков меч удальца, что не отличается от драчливого петуха. Жизнь его может прерваться в любое утро. Для государственных дел он не годится. Ныне у вас, великий государь, пост Сына Неба, а пристрастились вы к мечу удальца. Мне, вашему ничтожному слуге, стыдно за вас, великий государь!

Царь повёл Чжуан-цзы за собой в зал, стольничий подавал кушанья, но все перемены царь трижды отсылал по кругу.

— Доклад о мечах закончен, — заметил Чжуан-цзы. — Посидите в тишине, великий государь, успокойте своё дыхание.

После этого царь Прекрасный три месяца не покидал дворца, и все фехтовальщики, облачившись в траур, покончили с собой на своих местах.

Если Вам понравилась притча, не забудьте поделиться ссылкой в социальных сетях.

Вам так же могут понравиться эти притчи:

Подарок царя
Учитель Ле-цзы попал в нужду и отощал от голода. Какой-то гость поведал об этом чжэнскому царю Цзы-Яну. ...

Рабочая лошадь
Из года в год рабочая лошадь тяжело трудилась и получала за это кров и жалкий корм. Однажды, когда лошадь отдыхала после трудового дня, в её стойло вбежала ласка и стала потешаться над ней. ...

Наставления мальчика
Жёлтый Владыка Хуан-Ди поехал навестить Тай-Квея, который жил на горе Чу-Цзы. Но не успел он доехать до города Сянчэна, как сбился с пути, и не у кого было узнать дорогу. ...